Die Konsequenz
Актер Мартин Курат, осуждённый за сексуальные действия с несовершеннолетним, прямо в тюрьме заводит новый роман — с 16-летним Томасом, сыном своего надзирателя. Они вместе участвуют в тюремной театральной постановке. Когда срок заканчивается, влюбленные начинают жить вместе. Но родители, которые никак не могут смириться с гомосексуальностью сына, отправляют его в исправительное учреждение для подростков, где подопечным не помогают, а окончательно ломают волю к любому сопротивлению.
В наше время к сценарию фильма, основанного на автобиографическом романе швейцарского писателя Александра Циглера, возникло бы много вопросов. И дело не только в разнице в возрасте между главными героями. На все события зритель смотрит глазами Мартина, и этот взгляд призван оправдать старшего из персонажей. Томас, подросток с ангельской внешностью, сначала выступает в роли соблазнителя, потом предает своего возлюбленного, потом снова к нему возвращается. О том, что творится в это время в его душе, можно догадаться лишь по его несчастному взгляду, коротким телефонным разговорам и обрывкам писем. Для полноценного психологического портрета сейчас этого было бы точно недостаточно.
Но для конца 1970-х это, безусловно, был прорыв. После премьеры на кинофестивале в Хофе «Последствия» показали в прайм-тайм по немецкому телевидению. Увидели его везде, кроме Баварии: консервативный местный вещатель Bayerischer Rundfunk транслировать фильм с мужскими поцелуями и постельной сценой отказался. Юрген Прохнов, исполнитель роли Мартина, позже вспоминал: «Вокруг всё бушевало. Но зато мы получили тысячи писем с благодарностями». Картина наглядно демонстрировала все последствия гомофобии — от разорванных семейных связей до разрушенных жизней.
Томас: По-моему, это позор, что тебя посадили в тюрьму только за то, что ты был с парнем.
Мартин: Что поделать, такова жизнь.
Томас: Но почему они вообще различают: с парнем, с девушкой… Какая разница, если вы любите друг друга?
Отец Томаса — сыну: Что это значит? Он что, тебя уже окрутил?
Томас: Никто меня не окрутил. Просто я такой, какой есть, вот и всё.